• Только не бросай меня.

    Только не бросай меня.

    Люба проснулась в половину шестого от того, что на улице заходился диким лаем соседский кобель. Она долго лежала, уставившись в потолок с отслоившейся у галтеля…

    Read More

  • Ликвидатор для детей.

    Ликвидатор для детей.

    В жизни Марка не было места лишним звукам. Его квартира на тридцать четвертом этаже элитного жилого комплекса напоминала операционную. Никаких штор, впитывающих пыль, только металлические…

    Read More

  • Тот, кто пришел из степи.

    Тот, кто пришел из степи.

    Лето на южных окраинах степного края всегда наступало резко, будто бы вламывалось — тяжело, пыльно, с сухим горячим ветром, который деревенские называли «суховеем». К середине…

    Read More

  • Никто не придет на помощь.

    Никто не придет на помощь.

    Дверь за последним покупателем закрылась с едва слышным щелчком. Аня с облегчением перевернула табличку с надписью «Открыто» на «Закрыто». День в книжном магазине, где она…

    Read More

  • Бабье лето Сергея Петровича.

    Бабье лето Сергея Петровича.

    Сергей Петрович вышел на пенсию. Не потому что хотел, а потому что завод закрывался, а новых мест для таких, как он, не нашлось. Проводили скромно:…

    Read More

  • Она искала «рыбку покрупнее».

    Она искала «рыбку покрупнее».

    Это была среда, когда Лера, лениво листая ленту на сайте знакомств, наткнулась на профиль Артёма.Фотографии так себе: парень в растянутой футболке на фоне гаража, парень…

    Read More

  • Собака на сене, или цена сказанных в запале слов.

    Собака на сене, или цена сказанных в запале слов.

    Лариса лежала на диване свернувшись калачиком. Мысли в голове ворочались тяжёлые, как неподъёмные камни. Всё, что ещё вчера казалось простым и понятным, сегодня рассыпалось в…

    Read More

  • Зачем я его родила…

    Зачем я его родила…

    — Ева, ну сколько можно? — Саша стоял в дверном проёме, скрестив руки на груди. — Мы пять лет женаты. Мне тридцать два, тебе двадцать…

    Read More

  • Сельский врач.

    Сельский врач.

    Врача хоронили в понедельник. Листок с некрологом повесили на дверь фельдшерского пункта — белый, с чёрной каймой, напечатанный на стареньком принтере, который уже года два…

    Read More

  • Наша семья — не тюрьма.

    Наша семья — не тюрьма.

    Сорокапятилетний Игорь стоял у окна своей новой квартиры и смотрел, как внизу, во дворе, копошатся чужие люди. Они выгружали из грузовика его мебель — старый…

    Read More