Двухкомнатная квартира, где проживала семья Ивановых, представляла собой образец разумной экономии, там каждая вещь знала свое место. Маргарита, женщина лет сорока, обладала талантом организовывать пространство так, что даже воздух, казалось, двигался по установленному ею маршруту. Ее супруг, Виталий, мужчина немногословный, предпочитал не вмешиваться в хозяйственные дела, справедливо полагая, что это чревато последствиями в виде многочасовых лекций о правильном хранении носков.

Финансовые обстоятельства семьи в последнее время оставляли желать лучшего. Виталий трудился на заводе, где зарплату выдавали с задержками, а Маргарита, работавшая в сфере торговли, получала ровно столько, чтобы хватало на коммунальные услуги и еду.

Именно поэтому было принято решение сдать одну из комнат. Выбор пал на Кристину, молодую особу двадцати трех лет, которая, как она сама выразилась, «искала спокойное место для жизни и творческого развития». Маргарита тогда еще отметила про себя, что слово «творческое» в сочетании с именем Кристина не предвещает ничего хорошего, но нужда заставила согласиться.

Первые недели совместного проживания прошли относительно гладко. Кристина появлялась на кухне в основном по ночам, когда Ивановы спали, и готовила странные блюда из продуктов, которые, как казалось Маргарите, не должны были сочетаться в принципе. Например, макароны с кетчупом и кусочками яблока. Виталий однажды имел неосторожность поинтересоваться, что это за кулинарный эксперимент, на что Кристина ответила:

— Это мой авторский рецепт. Я называю его «Итальянский завтрак в русской интерпретации».

— А почему там яблоко? — не унимался Виталий Семенович.

— Для кислинки, — уверенно заявила Кристина и удалилась в свою комнату, оставив Ивановых в состоянии легкого недоумения.

Однако вскоре Маргарита начала замечать и другие странности. Сначала исчез кусок мыла из ванной. Причем не весь, а как-то незаметно уменьшился. Потом в бутылке шампуня, которую Маргарита Павловна купила специально для себя, любимой, потому что он стоил неприлично дорого, уровень жидкости понизился настолько, что это уже нельзя было списать на испарение. Затем пропал бальзам для волос, которым пользовалась только сама хозяйка, так как Виталий предпочитал простые средства вроде дегтярного мыла.

Маргарита была женщиной терпеливой, но не бесконечно. Она попыталась поговорить с Кристиной по-хорошему.

— Кристиночка, — начала она, стоя на пороге комнаты квартирантки, — у нас тут такая ситуация… Ты не берешь случайно мой шампунь?

Кристина, сидевшая за ноутбуком и что-то увлеченно печатавшая, подняла глаза, полные искреннего изумления:

— Я? Шампунь? Маргарита Павловна, я что, по-вашему, совсем совести не имею? У меня свой есть.

— А где он?

— Закончился.

— А моего почему меньше стало?

— Может, он у вас испаряется? Я читала, что некоторые шампуни содержат летучие компоненты.

— Летучие компоненты?

— Ну да. Ароматические масла там всякие. Они же испаряются.

Маргарита хотела сказать, что за много лет использования шампуней она ни разу не замечала, чтобы они испарялись с такой скоростью, но решила не развивать конфликт.
Пока.

Ситуация повторилась через неделю. Теперь исчезло жидкое мыло из дозатора в ванной. Причем исчезло не все, а примерно треть. Виталий заподозрил неладное, но он предпочитал не вмешиваться в бытовые разборки, справедливо полагая, что жена сама разберется. Маргарита снова пошла к Кристине.

— Кристина, ты брала жидкое мыло?

— Какое мыло?

— Из дозатора в ванной.

— Я не пользуюсь жидким мылом. Я предпочитаю натуральные средства.

— Какие?

— Ну, например, я могу использовать золу.

— Золу?

— Да. Она очищает кожу и не содержит химии.

Маргарита не нашлась, что ответить. Она представила, как Кристина намыливает руки золой из костра, и ей стало немного не по себе. Но факт оставался фактом: мыло исчезало. Причем исчезало оно исключительно тогда, когда Кристина оставалась дома одна. В этом Маргарита убедилась, проведя собственное расследование. Она даже завела специальный блокнотик, где отмечала уровень мыла в бутылке перед уходом на работу и после возвращения. Виталий, увидев этот блокнотик, поинтересовался:

— Рита, ты что, учет ведешь?

— Веду, — мрачно ответила Маргарита Павловна. — И знаешь, что я выяснила? Когда нас нет дома, мыло расходуется в три раза быстрее, чем когда мы есть.

— Может, у нее руки в это время грязнее?

— Виталик, ты серьезно?

— Ну а что? Может, она что-то делает руками, а потом моет.

— Что она может делать руками в нашей квартире?

— Ну, мало ли.

Маргарита посмотрела на мужа таким взглядом, что он предпочел удалиться в комнату и больше не участвовать в обсуждении.

Идея с зеленкой пришла Маргарите ночью. Она лежала, размышляла о несправедливости мира, в котором честные люди вынуждены сдавать комнаты, а квартирантки бессовестно пользуются чужим шампунем. И тут ее осенило: нужно проучить. Причем так, чтобы это было смешно и безобидно. Первым в списке кандидатов на «проучивание» был перец. Маргарита Павловна представила, как Кристина намыливается перченым мылом и начинает чихать. Это было бы эпично. Но потом она вспомнила, что перец может вызвать раздражение кожи, и отказалась от этой идеи.

Тогда она подумала о зеленке. Зеленка — это классика жанра. Если добавить ее в шампунь, то волосы приобретут изумрудный оттенок, который, возможно, будет сложно смыть. Маргарита Павловна даже представила, как Кристина выходит из ванной с зелеными волосами и пытается объяснить это «творческим экспериментом». Но потом она вспомнила, что шампунь у Кристины в непрозрачной бутылке, и добавить туда зеленку можно незаметно. Однако Маргарита Павловна была женщиной справедливой: она решила, что если уж и делать гадость, то делать ее красиво.

В пятницу Ивановы собрались уезжать на дачу. Маргарита тщательно подготовилась: она измерила уровень мыла в бутылке (это было ровно семь сантиметров от дна), зафиксировала показания в блокнотике и мысленно дала себе обещание, что если уровень понизится, она перейдет к активным действиям. Виталий, ничего не подозревая, загружал сумки в машину и насвистывал мелодию из старого фильма.

— Рита, ты долго? — крикнул он из коридора.

— Иду, иду, — отозвалась Маргарита, бросая последний взгляд на ванную комнату. — Кристина, мы уехали! Веди себя хорошо!

— Хорошо! — донеслось из комнаты квартирантки. — Хороших выходных!

Виталий и Маргарита провели выходные на даче, где занимались исключительно полезными делами: копали грядки, сажали морковь и обсуждали, стоит ли покупать новую теплицу. Маргарита, однако, не могла полностью расслабиться: она то и дело возвращалась мыслями к бутылке мыла, стоящей в ванной. Виталий Семенович заметил ее задумчивость и спросил:

— Ты что, о работе думаешь?

— О работе, — соврала Маргарита, потому что не могла же она признаться мужу, что думает о том, как квартирантка ворует у них мыло.

В воскресенье вечером они вернулись домой. Маргарита, едва переступив порог, бросилась в ванную. Она взяла линейку и измерила уровень. Он составлял пять с половиной сантиметров. Полтора сантиметра мыла исчезли за два дня. Маргарита Павловна почувствовала, как внутри у нее закипает негодование. Даже она, женщина, которая принимала душ дважды в день, не тратила столько мыла. Даже Виталий, который мылся раз в неделю, не расходовал столько. Кристина, по всей видимости, мылась круглосуточно, причем с использованием чужого мыла.

— Виталь! — позвала Маргарита Павловна. — Иди сюда!

Виталий, который как раз разбирал сумки, пришел в ванную и посмотрел на бутылку.

— Ну и?

— Что «ну и»? Полтора сантиметра!

— Рита, ну, моется человек.

— Ты понимаешь, что это воровство?

— Ну, не совсем воровство. Мыло же общее.

— Мыло не общее! Мыло мое! Я его купила на свои деньги!

Виталий вздохнул. Он знал, что когда жена начинает говорить о мыле как о личной собственности, лучше не спорить.

— Хорошо, — сказал он. — Что ты предлагаешь?

— Я предлагаю проучить ее.

— Как?

— Я уже придумала.

Маргарита удалилась на кухню и вернулась оттуда с пакетиком перца. Виталий Семенович смотрел на нее с недоумением.

— Ты что, хочешь ее отравить?

— Не отравить, а проучить. Я добавлю перец в мыло. Пусть почувствует.

— Рита, это жестоко.

— А воровать чужое мыло не жестоко?

Виталий не нашел, что ответить, и предпочел удалиться в комнату, оставив жену наедине с ее планами.

Маргарита, однако, не стала добавлять перец. Она решила, что это слишком примитивно. Вместо этого она взяла зеленку и аккуратно добавила несколько капель в бутылку с шампунем. Зеленка мгновенно растворилась, придав жидкости легкий изумрудный оттенок. Маргарита удовлетворенно кивнула: теперь Кристина, если она действительно пользовалась чужим шампунем, получит зеленые волосы. Это будет уроком.

В понедельник утром Ивановы ушли на работу, а Кристина осталась дома, потому что у нее был выходной. Маргарита, уходя, чувствовала легкое волнение: она представляла, как Кристина заходит в ванную, берет чужой шампунь, намыливает голову… И тут начинается самое интересное.

Кристина действительно зашла в ванную около полудня. Она собиралась принять душ, потому что после ночного творческого марафона чувствовала себя не совсем свежей. Взяв бутылку с шампунем, она выдавила немного на ладонь и начала намыливать волосы. Сначала она не заметила ничего необычного. Шампунь как шампунь, пахнет приятно. Но потом, когда она смыла пену, ей показалось, что вода, стекающая с волос, имеет странный зеленоватый оттенок. Кристина нахмурилась и посмотрела на бутылку. Жидкость внутри была с легким зеленым отливом. Она пожала плечами и продолжила мыться.

Однако, выйдя из душа и посмотрев в зеркало, Кристина издала вопль, который, вероятно, был слышен на первом этаже. Ее волосы, которые она с таким трудом отращивала в течение последних трех лет, приобрели цвет молодой травы. Причем не просто цвет, а какой-то ядовито-зеленый оттенок, который не смывался. Кристина попыталась смыть его еще раз, но результат был тем же. Она попробовала использовать свой собственный шампунь, но он, естественно, не помогл.

Через час Кристина, намотав на голову полотенце, позвонила Маргарите.

— Маргарита Павловна! — закричала она в трубку. — У меня волосы зеленые!

— Как зеленые? — неискренне удивилась Маргарита и внутри у нее все пело от удовлетворения.

— Я помыла голову вашим шампунем, и они стали зелеными!

— Моим шампунем? Кристина, ты же говорила, что не пользуешься моим шампунем.

— Я… я случайно взяла! Перепутала!

— Перепутала? В ванной стоит три бутылки: моя, твоя и моего мужа. Как можно перепутать?

— Ну, я не посмотрела!

— Кристина, почему ты взяла чужой шампунь?

На том конце провода повисла пауза. Кристина, очевидно, пыталась придумать оправдание.

— Я… у меня свой закончился, — наконец выдавила она.

— А почему ты не спросила?

— Я не хотела вас беспокоить.

— Значит, можно воровать чужое?

— Я не воровала! Я просто взяла немножко!

— Немножко? Кристина, вот так тебе и надо!

— Но что мне теперь делать? Я не могу выйти на улицу!

— Будешь думать, прежде чем брать чужое.

Маргарита положила трубку и почувствовала невероятное удовлетворение. Она представляла, как Кристина мечется по квартире, пытаясь смыть зеленку, и это зрелище было ей приятно.

Однако вечером, вернувшись домой, Маргарита обнаружила, что Кристина сидит на кухне и плачет. Волосы у нее действительно были зелеными, причем не просто зелеными, а какого-то ядовитого, неонового оттенка. Увидев хозяйку, Кристина вскочила и закричала:

— Как вы могли?! Я же вам ничего плохого не сделала!

— Ты брала мое мыло и мой шампунь, — холодно ответила Маргарита Павловна.

— Я брала немножко!

— Немножко — это когда один раз. А ты брала постоянно. Я все измеряла!

— Вы измеряли мыло? — Кристина посмотрела на Маргариту с ужасом.

— Да, измеряла. И знаешь, что я выяснила? Ты тратила полтора сантиметра мыла за два дня.

— Я… я просто много мылась!

— Кристина, ты мылась моим мылом. Это воровство.

— Я не воровка!

— А кто ты тогда?

Кристина замолчала. Она стояла посреди кухни, с зелеными волосами, и слезы текли по ее щекам. Маргарита, которая ожидала, что почувствует торжество, вдруг ощутила укол совести. Она представила, как Кристина выходит на улицу, и люди оборачиваются ей вслед. Да, она хотела проучить квартирантку, но не настолько же.

— Ладно, — сказала Маргарита Павловна, смягчившись. — Я дам тебе средство, которое смывает зеленку.

— Правда? — Кристина подняла на нее заплаканные глаза.

— Правда. Но с одним условием: ты больше никогда не берешь чужие вещи без спроса. Если тебе что-то нужно, ты подходишь и спрашиваешь. Поняла?

— Поняла.

— И еще: ты возместишь мне стоимость мыла и шампуня.

— Хорошо.

Маргарита вздохнула и пошла в ванную за специальным средством, которое она предусмотрительно купила в аптеке. На следующий день Кристина смыла зеленку, и ее волосы приобрели нормальный цвет, хотя и немного потеряли в блеске.

Виталий, узнав о произошедшем, долго смеялся.

— Рита, ты гений, — сказал он. — Я бы до такого не додумался.

— А ты вообще участвовал?

— Ну, я морально поддерживал.

— От тебя было мало поддержки.

— Зато теперь у нас будет мыло.

Действительно, после этого случая Кристина перестала брать чужие вещи. Она купила себе собственное мыло, шампунь и даже бальзам для волос. Маргарита, в свою очередь, перестала измерять уровень мыла в бутылке и завела новый блокнотик, в котором записывала рецепты блюд. Кристина, кстати, тоже изменила свои кулинарные пристрастия: она перестала готовить макароны с яблоками и перешла на более традиционные блюда.

Отношения между Ивановыми и Кристиной постепенно наладились. Кристина начала спрашивать разрешения, прежде чем взять что-то, а Маргарита, в свою очередь, иногда угощала ее своими фирменными эклерами. Виталий, наблюдая за этим, иногда говорил:

— Вот что значит правильный подход. Ай да зеленка!

— Виталик, — отвечала Маргарита Павловна, — если ты еще раз скажешь что-нибудь про зеленку, я добавлю ее тебе в пену для бритья.

Виталий Семенович замолкал, потому что знал: жена не шутит.

Прошло полгода. Кристина съехала, но перед отъездом она подарила Маргарите набор дорогого мыла ручной работы. На открытке было написано: «Спасибо за урок. Я запомнила его на всю жизнь».

Маргарита положила мыло на полочку в ванной и улыбнулась. Она поняла, что иногда даже зеленка может стать началом большой дружбы. Или, по крайней мере, хорошего соседства.

Виталий, увидев мыло, спросил:

— Это что?

— Это подарок.

— Смотри, на позеленей от ее подарков.

— Виталик, иди лучше картошку почисти.

— Иду, иду.

Маргарита сидела на диване и думала о том, что жизнь странная штука. Иногда, чтобы наладить отношения с человеком, нужно просто добавить немного зеленки. Или, может быть, просто поговорить. Но зеленка, как выяснилось, работает быстрее.

Кристина, кстати, после этого случая стала блогером и начала вести канал о том, как правильно строить отношения с соседями. У нее было много подписчиков, и она часто рассказывала историю о зеленом шампуне, правда, немного изменяя детали. Она говорила, что это был ее собственный эксперимент, и что она сама добавила зеленку, чтобы привлечь внимание к проблеме воровства в общежитии. Маргарита, посмотрев один из ее роликов, только покачала головой и сказала:

— Ну, красиво врет.

Виталий, который в этот момент чистил картошку, ответил:

— А всего лишь надо было прятать мыло и шампунь!

— Виталик, и где ты раньше только был?

А на полочке в ванной лежало мыло ручной работы, которое напоминало о том, что иногда даже самая неприятная ситуация может закончиться хорошо. Если подойти к ней с умом. И с зеленкой.